* Репатриация капитала может создать проблемы для США и Европы *

Совет по монетарной политике Банка Японии объявил об очередном повышении процентной ставки, подняв ее до 1% для краткосрочных кредитов. Это действие сопровождалось жесткими комментариями заместителя главы японского ЦБ: растущие инфляционные риски, многократно усиленные неопределенностью из-за войны на Ближнем Востоке, не оставляют Токио пространства для сохранения мягкой монетарной политики. Причины решения связаны с внутриэкономической обстановкой, но на кону — судьба японских активов, припаркованных за рубежом. Масштаб этого навеса оценивается примерно в $7 трлн. Чем это грозит мировым финансовым рынкам и нет ли предпосылок для нового глобального кризиса, разбирались «Известия».

Ужесточение длиной в годы

Путь Банка Японии к текущим уровням ставок был долгим. На протяжении двух десятилетий страна обеспечивала нулевые доходности. Лед тронулся в марте 2024 года, когда регулятор впервые за 17 лет поднял ставку, завершив политику отрицательных процентов. В августе того же года последовал шаг до 0,25%, спровоцировавший исторический обвал индекса Nikkei 225 и панику на биржах от Нью-Йорка до Сеула. В конце 2025 года ставка достигла отметки 0,75%.

Июньское решение 2026 года продиктовано макроэкономической необходимостью. Японская экономика, импортирующая подавляющую часть потребляемых энергоресурсов, столкнулась с шоком предложения. Блокировка Ормузского пролива взвинтила мировые цены на нефть выше $100 за баррель. Слабая национальная валюта, курс которой весной тестировал отметку 160 иен за доллар, делает закупки сырья запредельно дорогими, генерируя дефицит торгового баланса — невиданное дело для Японии, много десятилетий являющейся нетто-экспортером. Валютные интервенции министерства финансов (прямая продажа долларовых резервов) исчерпали свою эффективность. В этих условиях повышение ставки осталось единственным рабочим инструментом для защиты курса иены и подавления импортируемой инфляции.

Долгий период нулевых ставок сформировал два параллельных финансовых потока, исходящих из Японии. Первый из них — спекулятивный кэрри-трейд. Международные хедж-фонды занимали бесплатные иены и конвертировали их в другие валюты для покупки высокодоходных активов: казначейских облигаций США, долгов развивающихся стран (мексиканского песо, бразильского реала), а также акций технологических компаний и криптовалют.

Повышение ставки Банком Японии делает эти сделки невозможными. Удорожание иенового фондирования в сочетании с укреплением самой нацвалюты превращает кэрри-трейд в убыточную операцию. Спекулянты вынуждены экстренно закрывать позиции: продавать иностранные активы и откупать японскую валюту для возврата кредитов. Именно этот механизм вызвал резкие просадки рынков в 2024 году. Текущее повышение ставки запускает новую волну принудительных ликвидаций, вытягивая ликвидность из рисковых активов по всему миру.

Великая репатриация

Однако спекулятивные сделки — это лишь верхушка айсберга. Главная угроза для мировой финансовой системы кроется во втором потоке — институциональном капитале. Японские страховые корпорации, банки и Государственный пенсионный инвестиционный фонд (GPIF — крупнейший в мире пул пенсионных сбережений) десятилетиями выводили деньги за рубеж из-за нулевой доходности дома. Капитал, который Япония получала за счет постоянных профицитов торгового баланса, год за годом рос и сейчас составляет около $7 трлн.

Запуск процесса массовой репатриации этих триллионов определяется правилами инвестирования. Вкладывая средства в американские или европейские государственные облигации, японские финансовые институты обязаны хеджировать валютные риски. При существенной разнице процентных ставок между ФРС США и Банком Японии стоимость такого валютного хеджирования съедает львиную долю номинальной прибыли.

Расчет выглядит следующим образом. Если 10-летние казначейские бумаги США — трежерис — дают доходность 5,2%, а стоимость инструмента валютного хеджирования обходится японскому фонду в 4–4,5% годовых, то реальная очищенная доходность инвестиции падает ниже 1%. В такой конфигурации привлекательность зарубежных рынков стремится к нулю.

Триггером для возврата капитала выступает доходность долгосрочных японских гособлигаций (JGB). Аналитики считают, что точка невозврата находится в диапазоне 1,5–2,0% по 10-летним JGB. Если политика Банка Японии протолкнет доходность внутренних бумаг к уровню 2%, локальный рынок станет математически более выгодным, чем покупка иностранных облигаций с учетом расходов на хеджирование. Японскому капиталу больше не будет смысла нести геополитические и рыночные риски за рубежом, если дома можно получить сопоставимую или более высокую безрисковую доходность. Для реализации такого сценария ключевая ставка Банка Японии должна закрепиться в коридоре 1,25–1,5%.

Рикошетом по Западу

Последствия возвращения японских капиталов домой станут тяжелейшим испытанием для экономик США и Европы. Япония исторически является крупнейшим иностранным держателем американского государственного долга, обгоняя Китай. Если Токио из ключевого покупателя трежерис превратится в чистого продавца, Вашингтон столкнется с масштабной проблемой рефинансирования. Дефицит американского бюджета бьет рекорды, а ФРС продолжает программу количественного ужесточения, изымая ликвидность из системы. Выпадение важнейшего внешнего кредитора неминуемо приведет к дальнейшему росту доходностей на долговом рынке США, делая обслуживание американского госдолга еще более дорогим. В этой ситуации повышение доходности облигаций даже до 7% станет вполне реальным сценарием.

В еще более уязвимом положении окажутся европейские заемщики. Японский капитал активно присутствовал на рынках суверенного долга Франции и Великобритании. Уход японских денег лишит эти экономики критически важной внешней ликвидности. Доходности французских бондов и британских гилтов, уже переживающих период взрывного роста, продолжат движение вверх, усугубляя фискальные проблемы европейских правительств.

Решение Банка Японии фиксирует переход к новому макроэкономическому режиму. Страна, долгие годы экспортировавшая дефляцию и снабжавшая мир дешевыми деньгами, начинает защищать собственный баланс и возвращать ресурсы домой. Процесс демонтажа глобального кэрри-трейда и репатриации институциональных портфелей займет несколько кварталов. Финалом станет существенное удорожание стоимости заимствований для всех западных экономик. Мировая финансовая система может потерять свой последний надежный источник дешевой ликвидности. Нет никакой уверенности, что у центробанков на этот случай есть какой-то «план Б».

Дмитрий Мигунов

https://iz.ru/2117220/dmitrii-migunov/dolgii-put-domoi-rost-stavki-v-iaponii-ugrozhaet-mirovym-rynkam